Главная Подруга [СИ] - Саша Круть

Я с тревогой вглядывалась в соседку, правда ничего не усмотрела. Да, очень старая бабушка, да, выглядит плохо. А как человек может выглядеть в почти девяносто лет?

— Помоги мне доковылять до своей койки.

Подхватив сумку с продуктами, я помогла старушке встать, и мы с ней дошагали до нашей лестничной площадки. Трясущимися руками Анна Павловна открыла дверь, я поставила сумку на кухне и проследила за тем, чтобы бабушка легла на диван. Отвратительно, что у внука вовсе не находится времени приглядывать за собственной бабушкой. Уж продуктами мог бы и снабжать.

— Врачей? Ну чего вы упрямитесь, если вам плохо?

— Обойдусь, мне уже лучше.

Наверное, она мне врала. Но как узнать? Я даже не родственница, с чего мне навязываться? Решив, что я загляну к соседке через час (у меня даже ключ от ее жилища имелся), я ретировалась, правда, сначала вскипятила чайник и налила Анне Павловне чаю.

— Если что, вы мне звоните, я приду.

Да, вот так и бывает. Старые люди мало кому нужны, так все чаще получается. У молодежи свои заботы, свои проблемы. Правда, внук старушки уже не так и молод, сорок исполнилось. Он мне не нравился, хилый мужичонка с проплешиной, с суетливыми движениями и бегающими глазами. И явно ведь желает родственнице смерти, нацеливаясь на наследство. Я знала, что именно ему достанется квартира и все имущество старушки. Правда, имущество ценным не являлось.

Поработав еще и дома, подчистив всякие детали рабочего проекта, я похвалила саму себя. Вот теперь я подошла с выдумкой и шаблонные решения отбросила. И к Анне Павловне идти не пришлось, старушка появилась у меня сама. Принесла она пряников и небольшую картину. Та раньше висела на кухне. Пейзаж изображал берег реки и осенние деревья. Самым ценным, наверное, в картине являлась ее рама, тёмная, явно старинная, с резьбой.

— У тебя пусть висит, деточка, мне не надо. Отличное место у тебя имеется, в комнате, рядом с зеркалом. Помру скоро, а она красивая, возможно, ценная даже.

Мне хотелось вежливо отказаться, да еще и убедить старушку, что рано ей помирать. Правда, соседка выглядела довольно плохо, мне врать не особо хотелось. Вдруг, она чувствует, что время вышло?

— Конечно, мне нравится этот пейзаж. Сегодня же мне брат ее и повесит, когда с учебы придет.

— Хорошо. Хорошо, что ты не говоришь много лишних ненужных слов, Марина.

Обращение по имени меня сильно удивило. Всегда я была лишь деточкой, сколько себя помню. Старушка, выполнив задуманное, уже открывала входную дверь.

— Может быть, даже ценная, — повторила она, уже шагнув за порог. — Ты проверь потом.

Она закрыла за собой дверь, не дав мне времени на ответ. Я покрутила картину в руках. Не особо большая, с виду никак не ценная. Немного неряшливо и с немного грубыми мазками, ну как такое может оказаться произведением искусств, за которым гоняются коллекционеры? А что я понимаю в живописи? Ладно, она все равно нарисована хорошо, натурально. Не все эти квадраты Малевича и крики Мунка. Родная, знакомая с детства природа, не искаженная никаким абстракционизмом.

Брат, вернувшись домой, ловко вкрутил в стенку винтик, примастырил картину на указанной место, отошел, оценивая.

— Наверное, так нарисовать может каждый мало-мальски обученный художник. Но она органично вписывается, я даже рад, что ты потянулась к искусству настоящему, значит, взрослеешь и переросла порнографию.

— Иди ты, Евгений. Еще скажи, что нарисовать картину может любой, а вот продать картины- это настоящее искусство.

— Опа, афоризм! Ты меня порадовала, сказано классно!

— Иди уж, ясно ведь, что тебя пейзаж не особо вдохновляет, — махнула я рукой. — Ты ведь еще малыш, не перерос порнофильмы.

— Да, я малыш. У меня и порнушка с названиями «Про красную шапочку» и «Белоснежка и семь гномов».

Довольно посмеиваясь, брат покинул мою комнату. Весельчак, рядом с которым я чувствовала себя в безопасности. Я снова изучила полотно, надеясь увидеть на нем фамилию Рембрандта, Шишкина или Айвазовского. Конечно, никаких автографов знаменитых писателей я не усмотрела. Наивная девочка! Пусть висит, не мешает.

Поболтав по телефону с Ларисой, убедившись, что она не собирается выступать в роли свахи, но поддержит любую нашу затею, я взялась играться в глупую игру, где надо было собирать кристаллы, проходя уровни. Безделье в чистом виде! Но на кухне хлопотала мама, поэтому я решила не суетиться и просто поваляться на кровати.

На следующий день мы с Викой решили наведаться в торговый центр с целю купить что-нибудь не особо нужное. Ну, подруге хотелось присмотреть себе туфли, я давно собиралась приобрести светильник на стену. Только вот в итоге мы, скорее всего, купи не то, на что нацеливались. Это происходит всегда неожиданно, на глаза попадается вещь, которая идеально ложится в твой образ и соответствует твоим внутренним потребностям.

Вика ухитрилась упереться лбом в стекло рядом с дверью, увлеченная беседой о судьбах эмигрантов, оторванных от Родины. Видимо, не давал ей покоя Шарль. Стукнувшись о затемненное стекло, она отшатнулась, не удержала равновесие и плюхнулась на попу. Заметив, как люди заулыбались, она решительно вскочила, потирая лоб.

— Люди добрые, помогите! Дайте мне запасные глаза, а то мои порой не желают ничего видеть.

Она решительно протащила меня в дверь, отсекая от нас любопытных.

— Сволочи, смешно им!

— А ты куда смотрела?

— Вперед я смотрела, в светлое будущее. Могла бы меня дернуть за руку, направляя в дверь.

Я и думать не могла, что можно умудриться не попасть в широкой проход между услужливо разъехавшимися створками. Но спорить не стала, признав свою вину в конфузе подруги.

— Просто я так заслушалась о судьбах бедных несчастных россиянах, вынужденных влачить жалкое существование вдали от Родины. Между прочим, Шарль производит впечатление вполне успешного молодого мужчины.

— Нда, жаль, что ушел. Хотя, он наверняка бы выбрал тебя, потому что именно к тебе за столик подсаживался изначально.

Мне, естественно, такой расклад был по душе, но я, как истинная подруга, в этом признаваться не пожелала.

— Сел он ко мне, а смотрел больше на тебя.

— Да? Ты уверена?

— У Ларисы спроси!

Моя подруга не любила откладывать дела в долгий ящик и немедленно позвонила Ларисе.

— Хай, дорогая. У нас тут с Маришей спор небольшой. Шарль вчера кем заинтересовался сильнее?

— Он в уме прикидывал, хватит ли денег, если расплатиться придется за всех нас. В том случае, если мы нагло об этом примемся намекать. Поэтому ваша красота его вообще не зацепила.

— Врешь!

Ответом на это стал смех Ларисы.

— Мы же не такие наглые, да? — подруга убрала телефон